Во имя Безликого! - Андрей Расторгуев

И тут же остановилась кровавая сеча. Враги бежали в страхе. Люди, узревшие Бога, онемели в благоговении. Неверующие и те, кто по грехам своим отрицал Бога нашего, в тот светлый и благостный миг уверовали, приняв Его в сердце своё, громко вознося хвалы Безликому. А верившие возрадовались. И тогда встали все они на колени посреди поля брани меж убитых друзей и недругов своих. Открыли Ему Лики и вознесли молитву, в которой просили принять их в паству Его, дать им правителя доброго и справедливого, поскольку прежний властелин убит врагами был.

Ответил тогда Безликий:

– Беру вас под крыло своё, если верой и правдой будете служить Мне и жене Моей из рода правителей ваших же, человеческих. Коварный враг хотел убить её, но Я спас, потому что мила она сердцу Моему. Возлюбите же и вы жену Мою, как Я полюбил её. И пусть она правит вами от имени Моего да по собственному разумению.

И явил Он жену свою…»

«Книга Откровений» Храма Безликого

11. Без меня меня женили

Под ногами лежало самое настоящее поле боя.

Площадь буквально залита кровью. По мостовой раскидано оружие и всякое барахло от изодранных тряпок до перевернутого паланкина. Но главное, без чего не обходится ни одно сражение, это трупы.

Их было много: мужчины и женщины в одежде простых горожан, солдаты в доспехах и священнослужители в сутанах. Они повсюду. Кажется невозможным пройти по площади, ни разу не наступив на чьё-либо мёртвое тело.

Что случилось? Что вообще должно было произойти, чтобы такие разные люди, которые пришли к храму с самыми благими намерениями, вдруг впали в неистовство и с лютой ненавистью начали резать друг другу глотки? Всеобщее помешательство?

Но ведь смогли остановиться, разжать руки, выпустить мечи. Стоят сейчас на коленях среди остывающих мертвецов. Лица открыты. Многие плачут. Уставились на Данилу и бестолково ресницами хлопают. Да смотрят ещё так, что мурашки по коже. Кажется, пожелай он что-нибудь этакое, всё равно что, тут же бросятся исполнять. Скажет умрите, и умрут, не задумываясь. Конечно! Для них-то БМД не кто иной, как почитаемый ими бог по имени Безликий, который к тому же умудрился ожить. Вот ведь вляпался! И дернул же чёрт выбраться из горящего храма в самый неподходящий момент. А всё она, принцесса эта…

«Ладно тебе, старлей. Чего душой-то кривишь? Признайся, что ты ради неё горы готов свернуть».

Ну, готов и что? Это же не повод представлять едва знакомого мужчину своим законным супругом. Причем инопланетянина, который не может выставить напоказ свою небритую рожу…

Она пришла в себя почти сразу, как только Данила провентилировал рубку. Попыталась пошевелиться, прижатая его спиной к стойке оператора. Не вышло. Ей даже рук не поднять – ремни мешают.

«Подумает, чего доброго, что её связали».

Не желая выглядеть в глазах девушки злодеем, промышляющим похищением невест, Данила глянул через плечо и попытался успокоить:

– Потерпи немного. Выберемся наружу, я тебя выпущу.

– Гололицый?! – выдохнула принцесса, и её грудь взволнованно заходила, толкаясь в лопатки мягкими бугорками.

В голосе страх, удивление, непонимание. Чего боится, дурочка?

– На себя посмотри, – усмехнулся Крючков, искоса глядя на открытое лицо Таяны.

Ее маска так и осталась поднятой и торчала, словно надетое на голову кепи с длинным козырьком, придавая принцессе довольно комичный вид. Хорошо, что Таяна оказалась намного выше Данилы, а то набила бы ему своей маской шишку на затылке.

Опомнившись, девушка дёрнулась закрыть лицо. Ремни не пустили. Ей удалось лишь немного согнуть руки в локтях.

– Ой, да не переживай так, ваше высочество, – техник быстрым движением опустил ей маску. Принцесса попробовала отшатнуться, но упёрлась затылком в подголовник. – Не собираюсь я покушаться на твою девичью честь. Не для того из огня вытаскивал.

Он кивнул на экраны, где ничего кроме ревущего пламени да груды горящих головней видно не было.

– Боги всемогущие! – ага, увидела, то-то же. – Где это мы?

– В храме, где и были. Только, понимаешь ли, подожгли его. Завалило нас. Ждём теперь, когда прогорит.

– А мы? Почему мы всё ещё живы?

– Потому что сидим в… эээ… – чёрт, в языке фростиан не было ничего такого, чем Данила смог бы заменить понятие «десантный модуль». В голову лезла всякая хрень вроде «стальной голем» или «пустотелый истукан». Но ведь надо всё это как-то преподнести. Махнув рукой на трудности перевода, он продолжил: – В общем, сейчас мы с тобой находимся внутри статуи Безликого, если её можно так назвать. Она не совсем статуя, как видишь.

– А что?

«Вот дотошная! И как же я это объясню? Тебе, деревенщине, в чьём языке нет и намека на технические термины».

Хотя, кое-что всё же имеется. Что ж, можно попробовать.

– Понимаешь, это механизм. Нечто вроде большого доспеха, которым управляет сидящий внутри человек.

– Откуда он здесь?

– Мы привезли с собой, когда прилетели.

– Так он ваш?

– Да. Твои предки много лет назад попросили первых… гололицых оставить доспех им. Построили храм, где он и простоял все эти годы. А теперь вот я в него влез.

Поняла или нет? Сопит молча ему в макушку. О чём думает? Что до сих пор поклонялась ненастоящему богу? Хм, похоже, девочка сильно разочарована.

– И долго ты сидишь в Безли… в этом доспехе? – в голосе подозрительность и нескрываемый яд.

«А, понимаю. Хочешь знать, много ли я успел увидеть», – догадался Данила и пробубнил зло:

– Достаточно, чтобы понять, какая сволочь этот ваш кардинал.

Снова молчание, за которым последовал уже не вопрос, а простая констатация факта:

– Ты меня спас.

«Ну, ясен пень, что не Безликий».

– Что же мне стоять и смотреть, как он тебя резать будет?

– О боги! Мой отец! – послышался жалобный всхлип. Рыдает? Нашла время. – Раднук сказал, что его убьют! Мы можем помочь отцу?

Хотел ответить, что покойникам помощь не нужна, но сдержался. С королём, скорее всего, давно расправились, если он сам не умудрился как-то выпутаться. Его убийство было первым пунктом коварного плана заговорщиков. Если пункт второй, то есть поджог храма, исполнен в точности, в чём легко убедиться, стоит лишь взглянуть на экраны, то претворили в жизнь и первый. В чём, в чём, а в этом даже сомнений быть не может.

А что он, собственно, теряет? Всё равно надо выбираться.

Из-за какого-то глупого любопытства взял да оказался в самой гуще событий. Влип, как говорится, по самое не балуйся. Насколько мог судить Крючков, ситуация бесповоротно вышла из-под контроля. План Мацкевича по «оживанию» бога накрылся медным тазом. Так почему бы не угнать «Витязя» у всех на виду? Выбраться из горящего храма, отпустить спасённую принцессу и топать к себе домой, на базу.

«Будем считать, что действую в условиях крайней необходимости», – нашёл оправдание Данила и, вздохнув, бросил через плечо:

– Обхвати меня руками и ногами, чтобы не мешать.

Голые ноги тут же оплели его бедра, а руки обняли за талию. По-женски нежно, но цепко. По телу пробежала дрожь.

«Боже, что я делаю?» – застонало сознание.

– Спасибо, – раздался над ухом жаркий шепот. И следом совсем неожиданно прозвучал вопрос: – Как твоё имя?

– Даня, – ответил внезапно осипшим голосом. Покряхтел, поправился: – Данила.

– Даня, – ласково пропела девушка, проигнорировав запоздалое уточнение. – А я Таяна.

– Знаю, – отозвался хмуро, сам не понимая на что, собственно, злится. Ведь ему было хорошо и комфортно в объятиях фростианки, нежно воркующей за спиной. – Но мне больше нравится Тая.

– Так меня отец любит называть.

Девушка снова притихла. Понятно. Не верит, что отца больше нет. Не хочет верить. Потому и язык не поворачивается сказать «любил» вместо «любит».

Стиснув зубы, сунул руки в зажимы и с остервенением заработал манипуляторами, раскидывая горящие доски.

– Держи голову! – крикнул Таяне перед тем, как с разбега врезаться в стену с дверным проёмом, выходящим на улицу.

Выставив перед собой согнутые манипуляторы, «предплечьями» вынес каменную кладку над входом. Она так и вылетела наружу цельным куском, грохнулась на землю далеко впереди, придавив несколько солдат храмовой стражи. Остальные в испуге шарахнулись в стороны.

Он вывел «Витязя» на так удачно расчищенное от людей место и осмотрелся.

Вокруг кипела битва. Нет, не битва – побоище. Одни латники молотили других мечами, кололи копьями, простолюдины дрались между собой, используя всё, что попадало под руку: палки, ножи, куски железа, а то и просто кулаки. Парочка отбежавших стражей, вдруг опомнилась и налетела на Данилу, пробуя вонзить копья в прочную броню БМД. Наивные. Тут и прямого попадания ракеты маловато будет, чтобы хоть крошечную дыру проковырять. Куда уж вам…